Бывает так, что запрос к психологу «Помочь выстроить и укрепить личные границы» является лишь прикрытием, а истинный запрос про месть (часто даже не осознаваемый, подсознательный) звучит совсем иначе: «Помогите мне отомстить», «Научите меня быть абьюзером», «Как сделать больнее и стать победителем»…
И это понятная, очень человеческая реакция на боль. Когда нам причиняют страдание, психика ищет способ вернуть себе ощущение контроля и справедливости. Желание отомстить — это не признак «плохого» человека, а крик раненой души, которая не знает, как иначе справиться с невыносимой болью, унижением, чувством бессилия.
Месть кажется единственным лекарством, способным хоть на мгновение заглушить рану. Но, как и любое обезболивающее, она не лечит, а лишь оттягивает встречу с настоящей болью и, что важнее, с настоящим выбором.
Работа с границами в итоге всегда упирается в принятие и в выбор: либо договорились на приемлемых для всех условиях и контакт продолжается, либо не договорились — и контакт прекращается.
Принятие границ — это уважение к любому ответу: и «да», и «нет». Если человек на вашу просьбу изменить своё деструктивное поведение говорит: «Я буду продолжать это делать. Я не хочу меняться», то здоровые границы в этой ситуации — принятие желания другого человека, а дальше собственный выбор: оставаться с ним или нет.
И если это желание — остаться, то негативные последствия этого выбора принимаются как свои.
Если же принятия нет, но есть навязывание собственного желания: «Я хочу, чтобы ты стал другим. Я хочу, чтобы ты делал так, как надо мне. Я хочу, чтобы ты меня уважал, несмотря на то что ты против», — начинается месть под прикрытием «отстаивания личных границ» или «свершение справедливости».
Пока не появится запятая во фразе «Уйти нельзя остаться», эта игра тянется долгие и мучительные годы.
Иллюзия «Я заставлю тебя измениться вопреки твоему собственному желанию» несёт в себе разрушительные последствия — от тихой ненависти и обиды до полного уничтожения другого или самоуничтожения.
В криминальных сводках нередко встречаются именно такие истории.
Приведу несколько примеров игры «Уйти нельзя остаться»:
Мужчина узнал про измену супруги. Испытывает весь спектр неприятных чувств, но, несмотря на презрение, пытается сохранять брак, делая вид, что простил. Отпустить было бы слишком легко: «Живи и мучайся в позоре».
Женщине изменяет муж — давно и в открытую. Были испробованы разные способы мести, ничего не помогло. В итоге в качестве мести выбрана алкоголизация: «Посмотри, до чего ты меня довёл».
Женщина живёт в эмоциональном абьюзе: бесконечные унижения. На её просьбы прекратить слышит один и тот же ответ: «Не нравится — вали отсюда». Она остаётся, но делает мужу мелкие пакости: пересолит суп, спрячет нужный инструмент, постирает брюки вместе с паспортом: «Хоть так, но отомщу».
И таких примеров множество. Месть под прикрытием — это ведь тоже про границы, но никак не про здоровые. Скорее про формулу: «Я не желаю принимать твои границы и добровольно позволю тебе нарушать мои. Но за это я тебе отомщу».
Хочется задать вопрос: а кто же здесь абьюзер?
Метафора
Если выбор абьюзивных отношений сравнить с выбором автомобиля, то метафорически это может выглядеть так. Приходит человек в автосалон покупать машину. Ему предлагают разные варианты — от дешёвых подержанных до дорогих новеньких.
Он покупает тот автомобиль, который может себе позволить с учётом всех своих возможностей. Купил, порадовался, поездил. А потом смотрит — у соседа-то лучше.
И давай он к своему автомобилю претензии предъявлять: пинать его, злиться, ругать за то, что ломается часто, что сиденья некомфортные и кондиционера в нём нет.
Можно было бы не покупать этот автомобиль вовсе. Или подкопить и купить другой — тот, который нравится. Но нет. Он выбирает обвинять Жигуль в том, что он не становится Мерседесом.
А теперь про выход из этой игры
Первый и, пожалуй, самый трудный шаг — честно признаться себе: «Я не хочу выстраивать границы. Я хочу, чтобы ему/ей стало так же больно, как мне». В этом признании нет ничего постыдного. В нём есть только правда. И именно с этой правды начинается настоящая работа — не с другим человеком, а с собой.
Второй шаг — перестать ждать, что другой изменится по вашему сценарию. Ваша жизнь проходит прямо сейчас, и проходит она в ожидании чужого раскаяния, в бесконечном подсчёте обид и в мелких актах возмездия, которые не приносят ни облегчения, ни победы.
Третий шаг — поставить ту самую запятую: «Уйти, нельзя остаться» или «Уйти нельзя, остаться». Любая из этих фраз — выбор, но это ваш выбор, сделанный в здравом уме, а не в заложниках у чужого поведения.
Здоровые границы — это не оружие, не способ наказать, проучить, заставить почувствовать вину. Здоровые границы — это спокойное: «Я вижу, что ты выбираешь. Я принимаю твой выбор. И я делаю свой без мести».
Месть лишает человека самого ценного — его собственной жизни, потраченной на многолетнюю осаду чужой крепости. А ведь эта жизнь единственная и она заслуживает большего, чем бесконечная война, в которой не бывает победителей.
